Теремок - Форум-Дом
Вас приветствует "Форум-Дом".
Для начала общения и просмотра информации войдите или зарегистрируйтесь.
Теремок - Форум-Дом

Вы не подключены. Войдите или зарегистрируйтесь

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз  Сообщение [Страница 1 из 1]

Название: Завтрак у Тиффани
Автор: Alice_Redrose
Фэндом: The GazettE, Dir en Grey (кроссовер)
Персонажи: Руки/Рейта, Аой/Уруха
Рейтинг: PG-13
Жанры: Романтика, Юмор, Экшн (action), Повседневность

Размер: Мини
Статус: закончен

Публикация: Только с разрешения автора, указав его


***
Свет был настолько слабый, что его едва хватило, чтобы немного осмотреться.
— Ну, и чей это прикол? – Руки вызывающе уставился на Рейту.
— А при чем здесь я? – Осклабился басист, мельком поглядывая на Аоя. Гитарист, в свою очередь, стрельнул глазами на уже минуты три как созерцавшего невозмутимого барабанщика Уруху. Каи же украдкой поглядывал на вокалиста.
— За-ме-ча-тель-но, — по слогам констатировала дива и снова принялась придирчиво осматривать обстановку комнаты, пленниками которой они необъяснимым образом оказались.
— Эй, а этого здесь только что не было! – Глаза Руки вмиг достигли угрожающего предела, норовя выскочить из орбит при мало-мальски удобном случае.
— Ты о чем? – Рей проследил за взглядом вокалиста и зашелся нервным кашлем.
— Что вы там увидели? – Уру уже заглядывал через плечо Таки. – О-у… этого, таки, не было…
— Чего там не было? – Аой присоединился к остальным, хотя на красивом лице и застыло выражение полного пофигизма с нотками явно прослеживающейся агрессии. Злился гитарист по одной причине, которая так и норовила подставить свою изящную, шлейфом дорогого парфюма окутанную шейку под сведенные судорогой пальцы мужчины.
— Вот этого не было, — обладатель достопамятной шейки и дорогой туалетной воды первым пришел в себя и за два шага оказался у источника массового замешательства. Тот представлял собой кофейный столик красного дерева, на лакированной столешнице которого замерла в непринужденной позе оплавившаяся свеча черного цвета, изливавшая свой мягкий свет на желтовато-розовый прямоугольник бумаги.
— Так-с, что тут у нас? — Растягивая слова, пропел лид-гитарист, склонившись к свече и разворачивая таинственное послание. – М-м-м… бред какой-то.
— А ну, дай сюда! – Аой уже был рядом, нахально вырывая записку из рук Урухи. Пробежал глазами по столбцам иероглифов и констатировал: — Таки, не могу поспорить. Это действительно ахинея какая-то.
— А можно полюбопытствовать, что именно представляет из себя ваша «ахинея»? – Каи сделал лишь один шаг вперед, замирая в тени Рейты, которому выпала горькая участь поддерживать очень уж впечатлительного вокалиста в вертикальном положении.
— Цитирую: «В доме 13 на улице де ля Пэ обитает мастер и сын его Луи. Они – короли ювелиров и ювелиры королей», — Аой опустил бредовое послание на столик и сложил руки на груди. – По мне так стопроцентная околесица.
— А по мне так – нет, — процедил сквозь зубы Таканори, пытаясь вырваться из цепких рук басиста. – Да отпусти ты меня, ей богу!
Рей покорно отступил на шаг назад, тем самым спровоцировав две катастрофы одновременно: наступил на застывшего за его спиной барабанщика, вызвав с его стороны бурное словесное излияние в адрес ближайших родственников басиста, и заставил не ожидавшего беспрекословного выполнения своих требований Таку отправиться в короткий, но запоминающийся полет с впечатляющим приземлением на пятую точку.
— Совсем офигел? – Хорошо слаженным хором проорали Каи и Руки, уставившись на враз сникшего Акиру.
Уруха, предвидя намечающееся кровопролитие, втиснулся в узкое пространство между Такой и Ютой, своим высоким стройным телом прикрыв уже готового к самозащите Рейту:
— Давайте выяснение отношений оставим на другой раз? – Помолчал, выжидающе уставившись на самого буйного скандалиста, и когда Руки, скорчив обиженную гримасу, с гордым видом поднялся на ноги, показывая, что готов на время оставить свою честь незащищенной, продолжил: — Кто-то решил поиграть с нами в «Код да Винчи». Ни я, ни кто-либо из вас к этому не причастен. Но… мы не можем сидеть взаперти и надеяться, что за нами явятся – это выглядит маловероятно. Я предлагаю принять правила игры. Мы ничего не теряем. К тому же, Руки, — взглянул на гордо-обиженный профиль вокалиста, — ты заявил, что эта записка имеет смысл. Поделишься с нами, недалекими?
Все выжидающе уставились на Таку, понимая, что в эту минуту подписывают себе смертный приговор: зависеть прихоти капризной дивы? Да лучше сразу принять пару таблеток цианида – все ж менее мучительная смерть…
Повыделывавшись для проформы, Руки соизволил подать голос:
— Картье.
— Что? – Дружно выдохнула четверка, ожидавшая более информативной речи.
— Не «что», а кто! Картье. Ювелир. В свое время (а это – конец девятнадцатого века: для непосвященных) мастеров дома Картье назвали «Королями ювелиров и ювелирами королей», ибо они создавали украшения для царствующей верхушки. — Словно делая одолжение, проговорил Таканори, хотя все понимали: стоит его зацепить – и он изложит историю всемирно известно бренда от рождения его основателя и до самых последних тенденций.
— Предположим, ты прав… — начал, было, Уруха, но Руки бросил на него такой взгляд, что гитарист счел более безопасным изменить формулировку. – Руки прав. Но что нам это дает?
— Зацепку. Думаю, нужно искать нечто, непосредственно связанное с Картье, — Аой небезосновательно чувствовал себя воспитателем детского сада. Это же элементарно!
— Ну, раз умный такой – ищи, Роберт, — Уруха в издевательски-почтительном жесте простер руку, уступая ритм-гитаристу место доктора Лэнгдона.
— Чур, я Одри Тоту не буду! – Тут же вскинулся Рейта, на что Аой не без удовольствия ответил:
— Конечно, нет: ею будет… Койю.
Уруха промолчал, вместо всяких слов продемонстрировав гитаристу маникюр на среднем пальце.
После столь красноречивой точки разговор был окончен, и парни принялись искать новую подсказку.
— Нашел! – Спустя минут двадцать ползания и лазания по стенам и полам небогатой предметами мебели комнаты заорал Рейта, глядя в крохотный ящичек старинного секретера, забившегося в самый дальний и темный угол. Выудил из него полоску глянцевой бумаги и протянул ее Аою. Временный лидер не стал церемониться и, оказавшись у столика со свечой, прочел содержимое нового послания:
— «Александра Английская очень любит Индию». Руки?
— Александра, жена русского императора Николая II, заказала Картье колье в индийском стиле.
— Меня так и подмывает спросить, откуда в твоей головке столько ненужной информации, но сейчас явно не время и не место, — торопливо проговорил Аой, отправляя записку к ее предшественнице. – У нас есть колье. Ищем его.
— Зачем искать, — как-то хищно облизался Каи, не сводя глаз с…шеи вокалиста.
— Эй, ты чего?! – Дива тут же побледнела, чего не могло скрыть даже скудное освещение комнатенки.
— Ничего. Твоя подвеска. Это ведь – своеобразное колье, Руки: тебе и не знать…
Стоило Каю договорить, как Аой тут же оказался возле совсем сбледнувшего Таки и принялся со всей тщательностью изучать фирменное украшение.
— А вот этого здесь явно раньше не было, — гитарист резко дернул нечто, спрятавшееся за длинными прядями волос и, бросившись к столу, раскрутил крохотную пилюльку. На стол выпала узкая полоска васи, скрученная для удобства трубочкой.
— «Сосчитай смерть». Ну, и как это понимать? – Аой смотрел на Руки – как главного генератора идей.
— Вот тут я – пасс: это ведь никак не связано с ювелирным делом…
Пока он говорил, Уруха с пристальным любопытством вертел забранный у Аоя листок со странным посланием, а затем, ничего не говоря, метнулся к вокалисту и, проговаривая вслух, принялся считать… черепки, из которых была составлена цепочка для массивного крестика.
— Пятнадцать и пятнадцать. Итого – тридцать «смертей». Плюс… — кончиками пальцев пробежал по украшавшему центр тамплиерского креста черепу: — …один. Тридцать один.
— И?
— И? У нас имеется дверь, с кодовым замком, — Рей уже не раз за время их денбраунской игры замечал наглухо закрытый выход с хорошо всем знакомой пластиковой коробочкой рядом. – Правда… кхм… код – пятизначный.
— Дураки, — протянул Каи и, оттеснив Рейту, быстро ввел какие-то цифры. Замок щелкнул, дверь – открылась. – Идиоты, кретины… — и, не договорив, вышел из комнаты.
— Кто-нибудь понял, почему мы – идиоты? – Решил за должное поинтересоваться Аой, на что остальные лишь плечами пожали.
— Потому что это – правда, — донеслось из соседнего помещения. – «15115» – ваш код, Джеймс Бонды хреновы, — помолчал. – Чего вы телитесь – идите сюда: здесь очередной ребус для Таки.

— «Красный прилив едва не разрушил бамбуковое его королевство на дне бухты Симмэй».
Все столпились вокруг барабанщика, через его плечо заглядывая в записку.
— Бухта Симмэй… Исэ… Миэ. Это – Микимото, — на сей раз Таканори не успел и рта открыть. Его опередил Аой. – Я вырос в префектуре Миэ, я прекрасно знаком с жемчужным делом. Устрицы акойя, Тоба, Жемчужный остров Микимото…
— Поняли-поняли: не стоит вдаваться в подробности, — прервал его торопливо Уруха. – Действуем по плану: ищем Жемчужного короля.
Искали долго, ибо комната, в которую попали ребята, раза в два, а то – и в три превышала размерами предыдущую. Свеча, взятая из первого помещения, успешно догорела, после чего пространство окунулось в мерцающий полумрак: в центре комнаты, на кубическом постаменте в хрустальной вазе плавало с дюжину свечей. Рейта предусмотрительно затушил половину из них, отчего в последствие был не раз отблагодарен согруппниками. По двум причинам. Во-первых – он спас их от кромешной тьмы, которая наступила бы не в пример раньше, не загаси басист лишние огоньки, а во-вторых – стоило Акире склониться над емкостью, как он тут же обнаружил искомое. Тонкий лист бумаги был извлечен из-под своеобразного хрустального подсвечника и передан Аою. Тот хмыкнул: всего два слова – «Грейс Келли».
— Ну, это уж совсем, извините, — Уруха тяжело опустился на край старинной тахты, принадлежавшей (не в пример первой) к шикарному убранству второй комнаты.
— Так, подожди… Что-то вертится, вертится же в голове! – Руки принялся расхаживать взад-вперед по помещению, нервно кусая ногти.
Кай заметил, что это – не очень гигиенично, после чего вокалист с полминуты отплевывался и все норовил сократить вполовину объем жидкости в подсвечнике.
— Ты лучше думай поактивней. — Выдвинул предложение Рейта, занявший место рядом с лид-гитаристом, и едва успел увернуться от приличного томика, машинально схваченного с книжной полки и пущенного в басиста Руки. — Идиот!
— Сам такой!
— Придурок нервный!
— Кретин необразованный!
— Батан хренов!
— Заткнулись! Оба! Нет: Акира – заткнулся, Руки – думай. Но не об умственных способностях Рейты! – Вмешался в словесную перепалку Аой, занявший стратегическое положение у второй двери, то есть – вне траектории движения вокалиста. К тому же, дверь эта представляла собой нечто занятное: в ней имелся довольно специфический замок, над конструкцией которого гитарист и ломал голову, пока все остальные искали подсказки и ссорились. Кодом тут не отделаться, обреченно понял Аой, но сказать об этом остальным пока не решился.
— Микимото создавал украшения для голливудских звезд: факт. Для Мэрилин Монро – да, точно помню, но…Стой, дай еще раз мне бумажку! – протянул, не глядя на Аоя, руку, требовательно помахав изящной кистью. Мужчина покорно вложил в трепыхающуюся длань чуть помятую записку.
— О-о-о, ну так вот же оно: розы! Почему никто не сказал мне про розы? – Капризно взвизгнула дива, уставившись отчего-то на Рейту.
Тот лишь развел руками, что негласно означало: «Я тут вообще не при чем».
— С вами невозможно работать. Ладно, я сегодня добрый. Слушайте: голливудская дива… и не надо на меня так смотреть! – Насупился. – Красотка Грейс Келли очень любила жемчуг, жемчуг (в лице Микимото) ответил ей взаимностью. Специально для будущей принцессы Монако был создан гарнитур: колье, серьги и брошки из круглого белого жемчуга и выполненными из желтого золота с бриллиантами репликами в виде пышных бутонов роз с нечетным количеством лепестков. Вы, идиоты, не заметили, что имя актрисы украшено вензелями со стилизованными цветами роз, из-за чего мы могли упустить подсказку!
— Не ори. Мы давно поняли твою позицию: стадо баранов во главе с юным Эйнштейном, — массируя виски, подытожил Каи, тем самым заставив громкоголосого Руки хотя бы на пару секунд прекратить свои словесные излияния. – Что будем искать? Колье, брошки, серьги? Что?
— Брошек на нас нет, колье я уже обработал, остаются – серьги: мы задолбаемся, — констатировал Уруха, невольно касаясь мочек собственных ушей, и тут же отдернул руки. – Что за?..
— Что? – все тут же оказались возле гитариста; только один Аой остался сидеть в стороне, у безнадежно запертой двери.
— Нет моих сережек. Точнее – вот, одна только, — парень тут же извлек из левого уха массивное литое колечко и положил на ладонь, демонстрируя его остальным.
— Слушай, и моих нет, — Руки растерянно прикасался к некогда полностью проколотому уху.
— По-моему, это – единственная сережка, которая находится в данном помещении, — Аой неожиданно материализовался возле тахты, заставив нервного Таку дернуться на месте и схватиться за сердце, а Рейту – перечислить парочку нецензурных выражений. – Я возьму? – осторожно подцепил украшение, невольно вздрогнув, когда пальцы его коснулись теплой ладони Урухи.
Когда возражений не последовало, Аой вернулся к облюбованной им двери и, повертев сережку так и сяк, отправил ее в замочную скважину. Та вошла как по маслу; механизм замка сработал отменно – путь был свободен.
— Ну, что – поехали… дальше, — энтузиазм вспыхнул и тут же погас, стоило парням переступить порог комнаты и наткнуться на точного двойника предыдущей.
— Веревку мне… и мыла, — серьезным голосом проговорил Руки, на что Рейта ответил, чтоб становился в очередь.
— Вот и записка, — буркнул Аой и взял уже привычный прямоугольник бумаги. – Знаете, мне уже совсем не смешно. Узнаю, какая сволочь…
Но ладонь Урухи, прижатая к его губам, не дала договорить.
— Потом, Юу, все потом. – Гитарист открыл записку, не вынимая ту из рук Аоя, и прочел вслух: — «Натролит – аметист – перидот – опал – лазурь – изумруд – оникс – натролит». Что думаешь, Руки?
— Руки, Руки… что б вы делали без Руки? – Вокалист выхватил записочку из длинных пальцев гитариста, все еще находящегося во власти Койю, который не особо спешил ослабить хватку и отпустить свою жертву. Ему доставляло удовольствие держать это дикое и непокорное животное в своих руках.
— Жили бы, горя не зная, — едва слышно ответил на поставленный вокалистом вопрос Рейта, но Така сделал вид, что не услышал и воодушевленно продолжил:
— Это – так называемый «литературный браслет», созданный ювелирным домом Чоме для Наполеона Бонапарта. Камни в нем использованы в такой последовательности, что составляют имя императора. Изумруд в данном случае употреблен в его латинском написании – emerald.
— Он меня пугает, — в полголоса бросил Рейта.
— Знал бы ты, как меня… — в тон ему ответил Каи.
— Хватит шушукаться, — пряча улыбку, приказным тоном потребовал Уруха, наконец, отпустив Аоя.
— У нас есть браслет. У кого браслет? У меня браслет, — с этими словами Юу стащил с запястья витиеватую и очень дорогую вещицу и принялся изучать ее, сунув под самый огонек свечи. – Вот этой «дарственной речи» тут явно не было при покупке. «Рим», ребята. Этот козел выгравировал на моем браслете долбанное слово «Рим»! Я точно его убью!
— Почему «его»? Вдруг это – девушка, фанатка, — мечтательно протянул Рейта и тут же получил подзатыльник.
— Не искушай судьбу, — предупредил Уруха, кивком головы указывая на взбешенного ритм-гитариста.
— Понял. Каюсь.

Рим отыскался быстро и озадачил ребят еще больше. Альбом с изображением Колизея, найденный Каем в одном из затхлых комодов, содержал короткую запись: «Его ограбил Расти».
— Не повезло парню: Расти его ограбил, Юу – убьет, — решил пошутить Акира, за что снова получил по голове.
— Кому было сказано – не выводи? – Прошипел Уруха, краем глаза наблюдая за мечущим гром и молнии Аоем.
В этот раз Акира решил в знак согласия промолчать.
— Что за хрень, а? Нет, ну что за чертова хрень?! – Аой налетел на журнальный столик, споткнулся и вместе со всем его содержимым повалился на пол. Комнату огласил столь вычурный мат, что даже Рейта почтительно закивал головой, отмечая для себя самые удачные речевые обороты.
Аой принялся выбираться из кучи запылившейся макулатуры, отплевываясь и коротко ругаясь. Встал на четвереньки и… так и замер:
— Мать же его!
— Нашел? – Молниеносно-синхронное движение в сторону гитариста привело к тому, что уже через три целых и двадцать четыре сотых секунды (навскидку) в куче глянцевых журналов барахталось и материлось еще четыре тела.
— Нашел, черт бы его побрал! – Аой быстро поднялся на ноги, держа в руках один-единственный журнал. С виду – довольно старый и изрядно потрепанный. – Любуйтесь, — повернул глянцевое издание так, чтобы все четыре извивающиеся персоны на полу смогли увидеть то, что было запечатлено на его обложке.
— «Двенадцать друзей Оушена», — прочел Уруха, приподнимаясь на локтях и продолжая лягать возмущенно сопящего Руки. – Ха, точно: в начале фильма Расти грабит бутик Булгари!
— Булгари – это следующий ключ. Койю, перестань калечить главный источник информации!
«Источник» тут же поддакнул, и кое-как выбрался на средину комнаты, где и рухнул, раскинув отдавленные конечности. Уставился в потолок и принялся монотонно вещать:
— Учитывая, что все вопросы до этого, так или иначе, но касались ювелирных изделий, я могу прийти к заключению, что искать аксессуары, одежду и парфюмерию этой марки смысла нет. Ищем украшения. Так как мы здесь все – мужчины (хоть некоторых так и тянет приписать к прекрасному полу), — мельком покосился на Уруху, — то и искать стоит мужские ювелирные изделия. Говоря о Булгари, на ум тут же приходят кольца. Рей, раздевайся!
— Чего? – Взвыл басист, мигом оказавшись в вертикальном положении.
— Говорю – кольца снимай: на Кае их нет. Ни на ком нет. Наш горе-сценарист не очень изобретателен.
Рейта покорно стянул со среднего пальца литое кольцо из белого золота и перебросил его Руки. Тот, естественно, его не поймал, и парни еще минут пять ползали по комнате в поисках пропажи.
— Кхм… здесь нет ничего, кроме пробы, — подвел черту Аой, когда кольцо было найдено и вырвано из кривых рук вокалиста.
— Какая?
— 00.21.
— Похоже на… — начал Койю, а закончил за него – Юу:
— …время. Двадцать одна минута пополуночи.
— Часы?
— Часы.
Все бросились на поиски часов. Те нашлись тут же, в ворохе старых журналов. Нашлись специфическим образом: Каи о них споткнулся.
— Ну, что дальше? Разберем эту рухлядь? Потому что снаружи, как я вижу, нет ничего более или менее примечательного, — потирая ушибленную ступню, спросил Ютака. – Можно я их грохну об пол, м?
— Нет, вдруг так что-то ценное! – Завопил Руки и намерился, было, собственноручно спасти допотопный будильник, но помня его удачу, Уруха опередил вокалиста и выдернул механические ходики из-под самого его носа. Нос этот тут же обиженно засопел:
— Я больше не буду вам помогать. Все, хватит!
— Ну-ну, дорогой мой – это же и в твоих интересах, — усмехнулся Аой. – Не станешь помогать – мы никогда не выберемся из этой комнаты.
— Шантажист!
— Логик и практик.
— Давайте разберемся с ча-са-ми, — произнося последнее слово, Уруха помахал будильником перед лицами спорящих. Внутри механизма что-то мелодично звякнуло и перекатилось.
— Дайте я их расколупаю! – взмолился Каи, вырвал часы из рук не успевшего сориентироваться гитариста и одним прицельным ударом сбил крышку об угол стола.
На ковер, издав глухой тяжелый звук, выпал ключик.
— Это же…это же МОЯ подвеска! – Каи отшвырнул от себя остатки будильника, едва не угодив ими в Рейту, и подобрал свою любимую драгоценность с ковра. – Знаете, ребята, мне страшно: он у меня дома, на ночном столике остался…
— Мне тоже страшно, друг. Но… я уже не сильно удивляюсь. Я просто хочу отсюда выбраться! – рявкнул Аой, но снова был утихомирен Урухой.
— Слушайте меня: нельзя поддаваться панике, культивировать страх – это только на руку тому, кто запер нас… здесь. Мы должны довести начатую им игру до конца. Пока что у нас это получалось неплохо. Мы же умеем действовать сообща. Вот уже девять лет, как…
— Уру прав. Мы обязаны обставить этого… кхм… ну, вы меня поняли, — Рейта подошел к Каю и принялся рассматривать подвеску. – Руки, посмотри: может, она натолкнет тебя на какие-то мысли.
Така нарисовался за плечом у басиста и, получив ключ, начал рассматривать его со всех сторон.
— Что думаешь?
— Я думаю… ммм… до этого мы получали вопрос, за ним – ответ, который приводил нас к одному из наших личных украшений. Теперь он изменил тактику – мы получили подвеску. И должны задать вопрос. У нас было колье Картье, сережки Микимото, браслет Чоме и кольцо Булгари. Теперь ключ. Подвеска. Подвеска в виде ключа… ключа… ключ! Вот оно – это Тиффани и Со. Не спрашивайте – долго объяснять. Ищем все, что как-то связано с Тиффани!
Парни не заставили себя долго ждать. Но… на этот раз все их попытки увенчались полнейшим фиаско.
— У меня – ничего, — тяжело вздохнул Каи, опуская на край стола.
— Аналогично, — дружно ответили Аой и Уруха, а Рейта и Руки – присоединились к ним.
— Мы чего-то не поняли. Что-то упустили. Думаю, это – конец. А раз так, то он решил схитрить. Он… он придумал нечто… Каждый раз мы получали загадку с именем какой-то знаменитой личности: Александра Английская, Грейс Келли, Наполеон, Бред Питт, в конце концов! Возможно, и с Тиффани то же самое. Что первое приходит вам на ум при упоминании этого бренда? – Глаза Руки загорелись: кажется, он знал ответ, но хотел получить независимое подтверждение своей догадки.
— Одри Хепберн, — спустя пару минут раздумий выдал Аой.
— Да-да-да, — вокалист буквально свалился с кресла, в котором обосновался на время раздумий и вот так, на четвереньках, принялся шарить по комнате. Остальные переглянулись и тоже пустились на поиски. В этот раз им повезло больше. В одной из шкатулок с потертым изображением голливудской актрисы нашелся клочок бумаги, на котором по-английски было написано: «Назови мне что-нибудь такое, — сказал я спокойно, — в чем есть смысл».
— Вот, я тоже задаюсь этим вопросом, — как всегда не удержался басист.
— Рейта! – Дружно прикрикнула четверка: нервы у всех были на пределе, да и устали все порядком. К тому же, в комнате догорал последний источник света, приводя всех в очень подавленное состояние: если они не найдут разгадку этого ребуса до наступления кромешно й тьмы – можно будет навсегда оставить надежду выбраться из этого места… живыми.
— Ерунда какая-то! – Каи.
— Похоже на строчку из книги… — предположил Уруха.
— Дорогой мой, посмотри, — Аой жестом руки указал в сторону стены, полностью состоявшей из книжных полок, — сколько здесь книг. А времени у нас в обрез. Чтобы найти нужную фразу у нас уйдет несколько месяцев, но мы умрем раньше от голода и жажды.
— Значит, нужно искать какую-то конкретную книгу.
— Браво, Эйнштейн – и как бы мы без тебя догадались!
— Хватит острить: я ничего не сделал.
— Вот именно.
— «Завтрак у Тиффани», — все разом замолчали, устремив взгляд на Кая. Тот ничего не сказал: поднялся, взял свечу и, пройдя к книжным полкам, стал торопливо пробегать по корешкам пальцем, ища необходимый том.
— Вот, — выудил тонкую книжонку в мягком переплете и принялся медленно ее листать. Привычно – с конца. – Одри Хепберн играла в одноименном фильме; именно для него ювелирный дом Тиффани создал всем известное колье под не менее знаменитое платье. Я тоже что-то, да знаю… Вот, страница восемьдесят восемь. Так, Рей, сколько там у нас цифр в коде замка?
Рейта метнулся к двери и ответил, что шесть.
— Значит, вводи: «88…, — посчитал что-то, — 2425».
Дверь поддалась. Огонек свечи всколыхнулся и погас. Повеяло утренней прохладой.
— Удивительно… мы выиграли, — Каи пожал плечами, машинально взял книгу с собой и первым вышел из комнаты. Остальные, немедля, последовали за ним. Дверь тихонько скрипнула и медленно закрылась за удаляющимися спинами пятерых парней.
…Чтобы спустя некоторое время вновь открыться и впустить в темное помещение светловолосого парня. Тот двигался уверенно, что указывало на то, что он бывал здесь и раньше.
Стоило ему добраться до противоположной стены, как по всему помещению разлился приятный тепло-зеленоватый свет от укрытого абажуром торшера.
— Ну что, они ни о чем не догадались? – Дайске опустился на край дивана, глядя на Рейту вопросительным взглядом.
— Где им, — улыбка скользнула по тонким губам басиста. – Спасибо, Андо-сама, — благодарно поклонился.
— Пустяки: мне самому было интересно, — гитарист Диру тоже улыбался. – Можно один вопрос?
— Да, конечно.
— Для чего все это?
— Скорее, для кого, — Акира смущенно опустил глаза. – Я хотел, чтобы он почувствовал себя значимым и полезным.
— У тебя это получилось, — Дайске коротко хохотнул. – Теперь придется лечить его от чрезмерного зазнайства.
— К этому мы уже привыкли, — Рейта проговорил это с такой теплотой в голосе, что Дай невольно позавидовал вокалисту Газетто, ради которого эта игра и была затеяна. — Ну, я пойду, а то ребята еще, гляди, заподозрят что-нибудь неладное…
Андо в ответ коротко кивнул, отпуская басиста. Когда за тем закрылась дверь, гитарист еще какое-то время смотрел в зеленоватую пустоту, а потом встал, потушил свет и тоже вышел из арендованного им дома, улыбаясь собственным мыслям: все же, занятная эта штука – любовь…





[Вы должны быть зарегистрированы и подключены, чтобы видеть эту ссылку]
Посмотреть профиль

Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу  Сообщение [Страница 1 из 1]

Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения